andyburg54 (andyburg54) wrote,
andyburg54
andyburg54

Троицкий о БОБе Дилане

«Такой американский Окуджава» Артемий Троицкий о том, за что Бобу Дилану дали Нобелевскую премию по литературе

Meduza
10:15, 14 октября 2016

Фото: Richard Mitchell / REX / Vida Press

13 октября Нобелевская премия по литературе была присуждена Бобу Дилану — семидесятипятилетнему американцу, классику рок- и фолк-музыки, который известен в первую очередь как певец и музыкант. По просьбе «Медузы» лично знакомый с лауреатом Артемий Троицкий, который одним из первых писал о Дилане на русском, объяснил, в чем состоит историко-культурное значение Дилана и как он повлиял на российскую музыку и культуру.

Если бы Нобелевскую премию по литературе Дилану давал я, то формулировка была такая: «за прорыв в области использования высокого поэтического языка в контексте популярной культуры» (реальная формулировка — «за создание нового поэтического языка в великой американской песенной традиции» — Прим. «Медузы»). Боб Дилан — в первую очередь поэт, а не музыкант. Он представитель бардовской школы США, такой американский Окуджава. Дилана можно назвать «поющим поэтом», как музыкант он ничего выдающегося не создал, да и крутым вокалистом никогда не прикидывался. Я бы не сказал, что музыка его вообще сильно интересовала. Он придерживается минималистичного подхода к ней, и его вкусы всегда были очень традиционными. Блюз и фолк — два стиля, которые процентов на 95 характеризуют все его творчество.


Дилан сломал, казалось бы, вечный стереотип поп-культуры — что популярная песня обязательно примитивна, что она не может быть интеллектуальной, философичной, нести в себе формы высокой поэзии. Он писал стихи в полный рост. Он взял всю эту высоколобую поэтическую традицию и забросил в словесное болото поп-культуры. Это было абсолютным шоком и произвело огромное впечатление на его современников, на того же Джона Леннона; многие объявили Дилана своим гуру и стали писать в его стиле. Это касалось и наших ребят — Бориса Гребенщикова, Майка Науменко, в меньшей степени — Андрея Макаревича.

В начале пути Дилан был типичным фолк-музыкантом, певцом протеста. У него были довольно простые песни на социальные, в первую очередь, антивоенные и антирасистские темы, — «Blowin' in the Wind», «A Hard Rainʼs a-Gonna Fall», «The Times They Are a-Changin'». С 1965 года он стал писать в рок-н-ролльном ключе: «Subterranean Homesick Blues», «Like a Rolling Stone», альбом «Blonde on Blonde». Это были песни об отчуждении, одиночестве — довольно мрачные, не всегда понятные, к ним часто нужно было подбирать шифры. Этот период сильнее всего повлиял и Майка и БГ.

Следующий период — альбом «Nashville Skyline» (1969) — это достаточно безмятежные, лирические песни, здесь его ненадолго занесло в кантри. Затем, в середине 70-х годов, случился рецидив 60-х — довольно горькие, злобные песни. После наступил религиозный период: был чисто христианский альбом «Slow Train Coming» (1979), где он пел, что можно служить дьяволу, можно — Богу, но кому-то обязательно нужно. Дальше начался период воспоминаний об иудаизме, песни на разные религиозно-философские темы. В последнее время Дилан играл традиционную блюзовую музыку, близкую к джазу и классическому Бродвею, с легкими ироничными текстами; он стал старым романтиком.

Дилан — в широком смысле человек поколения 60-х. На ранних фотографиях он часто щеголяет в черной водолазке и темных очках — это униформа битников. Пик его влияния пришелся на вторую половину 60-х — это время хиппи, для них он был крайней важным человеком. Весь этот сюр и хмурь, свойственные текстам хипповой музыки, подпольного рока, психоделии, пошли от Боба Дилана и потом уже были подхвачены остальными — Pink Floyd, Led Zeppelin и так далее. Дилана можно назвать и битником, и хиппи.

Для американской культуры Дилан монументален и феноменален. Он живой бог. Может, в коммерческом отношении он не слишком привлекателен как весьма пожилой, утративший сексуальную харизму человек. Но для всех американцев он абсолютная величина и беспрекословный авторитет. Есть в Соединенных Штатах даже такие люди — диланологи. Он занимаются трактовкой песен Дилана, анализируют события его жизни с привязкой к песням. Причем они появились на удивление рано, Дилану еще не было тридцати, а у него уже были толкователи, как у пророка. Это явление и сейчас не исчезло, хотя, конечно, он не является уже таким актуальным автором. Начиная с 80-х годов, он немного ушел в тень. Но очень широкий круг поклонников, причем абсолютно неистовых, сохранился и сегодня. Да и сам Дилан активно гастролирует, новые пластинки у него выходили все эти годы.

Сильное влияние Дилана распространилось на Ленинград-Петербург. В Москве Дилан никогда не был особо популярен, московские рок-группы в первую очередь прислушивались к музыке; о чем там на иностранном языке поют, они даже не догадывались. В Питере рок-фэны были более просвещенные, они песни Дилана понимали, переводили, и от этого пошли могучие волны его влияния. Два замечательных и значимых для нашей страны питерских автора — Боря Гребенщиков и умерший в 91-м году Майк Науменко — испытали на себе решающее влияние Боба Дилана. Многие ранние песни Гребенщикова и «Аквариума» фактически являются вольными переводами песен Дилана: «Стучаться в двери травы»,«Уйдешь своим путем». Даже знаменитый перестроечный гимн «Поезд в огне», как мне Боря сам говорил, во многом навеян песней Дилана «This Wheelʼs On Fire». У Майка эпическая 15-минутная песня «Уездный город N» — это продолжение или русская вариация на тему «Desolation Row». Что касается Макаревича, то на него Дилан повлиял скорее как музыкант — вот эта дилановская гнусавинка у Андрея Вадимовича непременно присутствует во всем творчестве.

Впервые Дилан приехал к нам в 1985-м году, но эта гастроль прошла абсолютно незаметно — у него было единственное выступление на сборном концерте в «Лужниках». Я до сих пор страшно жалею, что мне не удалось тогда его познакомить с Гребенщиковым, Науменко и Макаревичем. Они этого очень ждали, но это был фестиваль молодежи и студентов, там был Евгений Евтушенко, какие-то комсомольцы, они его очень тщательно оберегали от внешних контактов. Я очень просил дать возможность прильнуть к Дилану, но Евтушенко ответил на это достаточно грубым отказом.

Сам я познакомился с Диланом несколькими годами позже, в Далласе, в Техасе. Это была наша единственная встреча. Я провел некоторое время за кулисами после концерта, но не могу сказать, что Дилан был особо приветлив. Бывает, что встречаешься со знаменитым артистом и возникает взаимное притяжение, желание продолжить отношения, а бывает, что ты сам не чувствуешь острого интереса. У нас с Диланом скорее вторая история.

В России Дилан всегда был скорее музыкантом для музыкантов, а не для широкой публики. Музыка у него слишком неброская, главенствующую роль играет текст, а английский язык в России далеко не всем знаком. Я бы сказал, что имя Боба Дилана у нас гораздо популярнее, чем он сам и его творчество. В Россию он еще раз приезжал в 2000-х, но аншлагов на его концертах не было. Более того, многие люди с них уходили, потому что думали, что сейчас будет рок, какой-нибудь «пинк-флойд», а слышали задумчивые песни.

Я думаю, что Дилан мог бы получить и Нобелевскую премию мира. Во-первых, он сочинил множество х ярких антивоенных песен, во-вторых, всегда достаточно активно участвовал в гуманитарных акциях. В отличие от других рок-артистов, он не был политическим активистом, но когда его просили возвысить голос за благое дело, он, как правило, не отказывался. Я вообще считаю, что было бы неплохо давать премию мира не только за деяния на дипломатической ниве, но и за сочинение антивоенных песен и стихов. Ее точно заслуживал Джон Леннон; из «поющих поэтов» — покойные француз Жак Брель и американец Джим Моррисон, из здравствующих — канадец Леонард Коэн. Он, кстати, на Нобелевскую премию когда-то номинировался, поскольку является профессиональным поэтом, и поэтические сборники у него выходили еще до его первых пластинок. Я думаю, что присуждение премии Дилану огорчило Коэна, потому что жить ему жить осталось не слишком долго, и трудно ожидать, что Нобелевскую премию получат подряд два великих поющих поэта. И мне лично Коэн ближе — но статус у Дилана, конечно, куда более величественный.

Tags: другие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments