March 6th, 2013

Чем привлекательна старушка ЕВРОПА

Интересные заметки российского искусствоведа Михаила Германа о Петербурге и Париже
http://www.vppress.ru/stories/Mikhail-German-Peterburgskie-prostranstva-pod-smertelnoi-ugrozoi-16293

От себя: Все сказанное ниже относится не только к Парижу, но и любому европейскому городу –  к Хельсинки и  Амстердаму, Таллинну и Стокгольму и особенно это относится к маленьким европейским городкам, отличающихся своим уютом и спокойствием, чего не скажешь о российских городах

Михаил Герман: … Мы с женой — Наталией Викторовной Черновой — стараемся бывать в Париже как можно чаще. Конечно, это требует и физических, и прочих затрат. Но именно они — мы уверены — подлинная ценность, ради которой так легко отказаться от суетных соблазнов вроде евроремонта или машины. Париж возмещает все сторицей. Чем чаще возвращаешься наяву к казавшимся несбыточными книжным мечтаниям детства, тем счастливее протекает «осень жизни».

Ведь самое ценное и значительное там не стоит больших денег, а то и достается даром: вино за стойкой дешевого кафе, поездка на чистом удобном автобусе, улыбка прохожего, шутка гарсона в брассри, отблеск неба на золотой гирлянде, украшающей черный купол Института! Любовь к этому «ценному и значительному», к этому самому «belle est la vie!» уравнивает людей, как всякая общая страсть. Этот бескорыстный культ удовольствия дарит едва ли не равную радость «снобинару», пробующему коллекционное вино в родовом замке, и завсегдатаю маленького бистро, смакующему у стойки бокал красного, старушке, подставляющей высохшее личико солнцу в парке Монсо, или интеллектуалу, отыскавшему редкую книжку на улице Бонапарт

И — главное. Так сказать, бытовой демократизм. Когда к жалкому, уснувшему на панели клошару полицейский обращается «месье», когда непреклонные контролеры в автобусе приветливо здороваются с каждым, кого просят предъявить билеты, а с зайцами говорят тихо, чтобы не поставить их в неловкое положение перед остальными, — этот стиль кажется мне немаловажным свидетельством социального приличия. Когда в разговоре люди чувствуют неловкость, признаваясь, что у них очень дорогая машина, когда богатство не выставляется напоказ, бедность не вызывает презрения, а к инвалиду в коляске относятся не как к калеке, а как к «собеседнику на жизненном пиру», — как не восхищаться этой страной.